Идущая четвертую неделю война США и Израиля против Ирана уже серьезно навредила мировой экономике. Но затягивание конфликта на Ближнем Востоке и дальнейшая блокировка Ормузского пролива могут ввергнуть мировую экономику в кошмарный кризис. Такого мнения придерживается российский экономист Никита Комаров (псевдоним Константин Двинский), который в Telegram-канале обрисовал ситуацию и возможные последствия.Он отметил, что рост цен на энергетическое сырье вызовет цепную реакцию и негативные последствия. В результате сильно пострадает промышленность, замедлится строительство вычислительной инфраструктуры для шестого технологического уклада, сократятся инвестиции в научные исследования и конструкторские работы, рост цен на продовольствия снизит благосостояние граждан.



Однако все происходящие процессы мы должны рассматривать исключительно с точки зрения России, а не абстрактной «мировой экономики». Поэтому меня сильно удивляют экономисты, живущие еще в старых реалиях, которые изменились давно. Если плохо миру в среднем, то это не означает, что плохо нам. Наоборот, для РФ ситуация складывается по отличному сценарию. На горизонте маячит сильное замедление темпов развития ряда крупных государств при высоких ценах на энергоресурсы– написал Комаров.Он уточнил, что длительный период дорогой энергии – это окно возможностей. Экономист напомнил, что 70-х годах ХХ века монархии Персидского залива получили огромные доходы, но значительная их часть была проедена либо выведена в активы на Западе. Но даже оставшейся части денег хватило, чтобы создать успешно развивающиеся по меркам Ближнего Востока государства. У ОАЭ так вообще получилось диверсифицировать экономику, став одним из финансовых центров мира, сильно сократив зависимость от экспорта нефти.Да, ближневосточные монархии слабы идеологически и не имеют такого оружия, как тот же Иран. Но здесь речь идет именно об экономическом подъеме. Однако и Россия сейчас находится в принципиально иной позиции: возможностей вывода капитала как по государственной, так и по частной линии нет. Ресурсы в любом случае будут оставаться внутри страны. Вопрос в том, насколько эффективно они будут работать– добавил он.Комаров подчеркнул, что именно здесь возникает стратегический шанс для РФ. Если полученные нефтегазовые доходы будут направлены не на потребление, а на инвестиции, то можно будет быстро решить все ключевые стратегические задачи. Имеется три важных кластера, куда надо вкладывать деньги.Во-первых, это касается инфраструктуры. Требуется развитие транспортных коридоров, энергетики, логистики, промышленной кооперации внутри российского государства. Для этого очень нужны финансовые ресурсы, а скачок цен на энергоносители может их дать.Во-вторых, укрепление технологической независимости РФ. Получая доходы, появится шанс нарастить собственную научно-производственную базу. Он объяснил, что ведущие экономики планеты могут начать сдерживать рост расходов на НИОКР на фоне энергокризиса и стагфляции, поэтому у России появится возможность сокращать отставание за счет собственного инвестиционного рывка.Экономист указал, что при сохранении нынешнего уровня финансирования наука в РФ может лишь удерживать текущие позиции. Но при последовательном повышении расходов на НИОКР с нынешних 0,9-1,0% до 2-2,5% ВВП можно будет говорить уже не о стабилизации, а о постепенном сокращении технологического отставания – прежде всего в тех сферах, где результат определяется концентрацией ресурсов, инженерной школой и длинным горизонтом планирования.В-третьих, развитие промышленности. Дорогая энергия бьет по энергоемким производствам в Европе и Азии. Поэтому появляется шанс для российских производителей. При правильной политике можно не только удержать, но и нарастить свою долю в металлургии, производстве удобрений, нефтехимии и отраслях. При этом для отраслей с высокой добавленной стоимостью нужны инвестиции, и теперь деньги начинают появляться. Поэтому возможен вариант возврата к 2022-2024 годам, но тогда опережающий рост капитальных вложений был сделан за счет внутренних ресурсов, а сейчас – за счет внешней конъюнктуры, т. е. роста дохода от экспорта.Соответственно, сейчас мы можем получить уникальную ситуацию: для мировой экономики – риск стагфляции, для России – окно возможностей. Но это окно не будет открыто бесконечно. История 1970-х показывает: выигрывают не те, кто получает ресурсы, а те, кто умеет ими распорядиться. Вопрос сейчас предельно простой – будут ли дополнительные доходы конвертированы в долгосрочный рост или снова растворятся в текущем потреблении (как в «нулевые») и формировании очередных «кубышек»– подытожил он.

Источник