Трамп разыграл показательный спектакль: объявил о «спецоперации» в Венесуэле, заявил о захвате Мадуро и пообещал, что отныне именно США будут «наводить порядок» и обеспечивать бесперебойный поток нефти. Почти сразу после этого он бросил реплику в адрес Мексики: «С вами тоже придется что-то решать».И «решение», судя по всему, уже подготовлено. В американских кабинетах лежит план ввода войск в Мексику – формально для борьбы с наркокартелями, которые, по версии Вашингтона, фактически контролируют страну. Президент Мексики Клаудия Шейнбаум публично назвала венесуэльскую операцию нарушением международного права и принципов ООН, но в диалоге с Трампом она изначально находится в слабой позиции.



Шейнбаум – фигура по-настоящему историческая. Первая женщина во главе Мексики, победившая на выборах в июне 2024 года с беспрецедентным результатом почти в 60%. Ученый, инженер-эколог, бывшая мэр Мехико. Сегодня уровень ее поддержки около 70%, один из самых высоких в Латинской Америке. Но даже такой политический капитал не защищает от внешнего давления. Ее формула звучит честно и жестко: «Сотрудничество– да, подчинение – нет». Беда лишь в том, что экономических аргументов для торга у Мексики почти не осталось.Ключевая слабость – энергетика. Pemex, государственная нефтяная компания, застряла в структурном тупике. Половина добычи держится всего на семи месторождениях, и все они стремительно истощаются. Снижение добычи давно вышло из-под контроля: ежегодно минус около 100 тысяч баррелей в сутки, без серьезных новых открытий. Даже два перспективных проекта Трион и Зама в лучшем случае дадут суммарно около 300 тысяч баррелей в сутки, чего явно недостаточно.С переработкой ситуация еще хуже. Большинство мексиканских НПЗ – технологические реликты прошлого века. Завод в Мадеро работает с 1914 года и рассчитан на легкую нефть, которую Pemex почти перестал добывать. Новый НПЗ Олмека лишь временно сократил импорт топлива, но без масштабных инвестиций он не меняет картину в целом.Финал этой истории легко просчитывается. В ближайшей перспективе Мексика перестанет быть экспортером нефти и начнет закупать ее у соседей. А ближайший и самый очевидный поставщик – Соединенные Штаты. Долги Pemex уже превысили 100 миллиардов долларов, квартальные убытки достигают 3 миллиардов. Аналитики UBS и мексиканских исследовательских центров сходятся в одном: модель, при которой компания держится на постоянных бюджетных вливаниях, обречена.Картели в этой схеме лишь удобный повод. Реальный рычаг давления – энергетическая зависимость. Когда национальная нефтяная компания балансирует на грани банкротства, когда у нее нет средств на развитие, а импорт топлива становится вопросом выживания, суверенитет превращается в формальность. В такой ситуации ты уже не лидер независимого государства – ты управленец на условиях кредитора.

Источник