После усмирения египетского паши Мухаммеда Али и отмены Ункяр-Искелийского договора (Как Палмерстон обыграл Францию и Россию
Восточный вопрос в 1840-е годы
) русский государь Николай Павлович хотел договориться с британцами по турецкому вопросу. Царь Николай полагал, что момент благоприятный. Францию сбросили с её позиций в восточном вопросе. В сентябре 1841 года ушёл в отставку откровенный враг России Палмерстон. Новый консервативный премьер Роберт Пиль считался сторонником налаживания отношений с Россией. Врагом Турции был новый руководитель внешней политики Англии лорд Эбердин. Он думал, что Лондон вполне может договориться с Петербургом по большинству вопросов. Русский царь не ставил целью уничтожить Османскую империю. Но Николай I считал, что Турецкая империя смертельно больна, и великие державы должны сообща решить вопрос о её наследстве. 31 мая 1844 года царь со свитой прибыл в Англию. Николай увиделся и поговорил с Эбердином. Николай сообщил Эбердину:
«Турция – умирающий человек. Мы можем стремиться сохранить ей жизнь, но это нам не удастся. Она должна умереть, и она умрёт. Это будет моментом критическим.
Я предвижу, что мне придётся заставить маршировать мои армии. Тогда и Австрия должна будет этого сделать.
Я никого при этом не боюсь, кроме Франции. Чего она захочет?
Боюсь, что многого в Африке, на Средиземном море и на самом Востоке».
Русский государь предложил объединить Русскую армию и британский флот, чтобы помешать Франции. Россия и Англия должны были заблаговременно договориться о разделе добычи, чтобы помешать конкурентам. Константинополь должен был стать вольным городом, русские контролировали бы Босфор, австрийцы или британцы – Дарданеллы. Англия должна была получить контроль над Египтом. Николай Павлович даже дал указание Нессельроде отправить в Англию документ с изложением своих мыслей по поводу будущего Турции. Он хотел предварительного соглашения с Англией. Но этого не дождался. Английское правительство не захотело себя связывать соглашением с Россией. Летом 1846 года кабинет Пиля ушёл в отставку, власть снова получили виги во главе с лордом Джоном Расселом и Палмерстоном. Возобновить переговоры о турецком вопросе с Палмерстоном, который открыто выражал свои русофобские идеи, было невозможно. Николай I пытался прозондировать и отношение Австрии к турецкому вопросу. В Вене проездом в декабре 1845 года русский государь заговорил с Меттернихом о Турции. Он заявил, что если Османская империя распадётся, то Константинополь он никому не отдаст. Если же кто попытается направить туда войско, то русские будут там раньше. А если они туда войдут, то там и останутся. В сущности, это было предупреждение, а не начало переговоров о дележе. В условиях приближения революции в Европе и во время революций 1848–1849 гг., когда Россия спасла империю Габсбургов от краха, царь считал Австрию слабой и угрозы с её стороны не видел.
Революция 1848–1849 гг. и восточный вопрос
В 1848 году восстание началось в Молдавии, туда с согласия султана были введены Русские войска. Одновременно турки подавили волнения в Валахии. Туда же вошли и царские войска, которые вступили в контакт с турецкими в Бухаресте. В сентябре Николай Павлович предложил султану заключить союз. То есть так и или иначе возобновить соглашение в Ункияр-Искелеси. Австрия, ослабленная революцией в Венгрии, не протестовала против появления русских войск в Дунайских княжествах. Остальные великие державы выразили своё недовольство. Палмерстон настаивал на выводе Русской армии с Дуная. Русский посол Бруннов заявил, что русские восстановили «законный порядок» в княжествах и указал на пример Англии, пославшей армию в Ирландию и увеличившей полицию в Лондоне в ответ на требования чартистов провести реформы. Франция также выразила своё недовольство вводом Русской армии в Дунайские княжества.Николай I проигнорировал сигналы Парижа и Лондона. Он пытался договориться только с Турцией. 19 апреля (1 мая) 1849 года в Балта-Лимане, близ Константинополя был подписан договор между Россией и Турцией. По нему господари Молдавского княжества и Валахии назначались османским султаном по согласованию с Россией сроком на семь лет, а боярские собрания временно упразднялись. Укрепление позиций России на Дунае вызвало раздражение в столицах европейских великих держав. Затем Россия и Австрия потребовали от Турции выдачи венгерских и польских беженцев (повстанцев). Требование о выдаче политических эмигрантов не было закреплено в международной практике, но Петербург и Вена настаивали. Англия и Франция предложили султану не уступать. Английская и французская эскадры были направлены к Дарданеллам, чтобы произвести военную демонстрацию на Россию. Британские корабли вошли в Дарданеллы, что было грубым нарушением Лондонской конвенции 1841 года, по которой в проливы в мирное время не должны были входить военные корабли. В ответ Россия пригрозила, что Черноморский флот под началом адмирала Лазарева займёт Босфор. Палмерстон дал указание адмиралу Паркеру покинуть проливную зону и обещал Петербургу, «что этого более не случится». В итоге Австрия и Россия отказались от своих требований. Венгерские и польские офицеры и военные укрепили вооруженные силы Порты.
Ухудшение международного положения России
К началу 1850-х годов Англия укрепила свою колониальную империю, торгово-промышленную монополию в мире. Совместно с Францией британский капитал стремился укрепить своё положение на Востоке и не пустить туда Россию. Во Франции установилась бонапартистская диктатура. Провозглашение Луи Бонапарта императором Бонапартом III через год после переворота 1851 года царь Николай считал дерзким вызовом Венской системе 1815 года. Париж возвращался к имперской политике и жаждал реванша на Востоке и в Европе. Русско-французские отношения снова обострились. Священный союз России, Австрии и Пруссии, в сущности, распался. Россия играла роль «жандарма Европы», подавляя революции. Австрия после подавления Русской армией революции в Венгрии (Венгерский поход. Как русские спасли империю Габсбургов
; Усмирение Венгрии) воспрянула и повела резко враждебную политику в отношении России. Вена боялась, что русские возьмут в свою сферу влияния Дунайские княжества, что вызовет волнения на Балканах. «Лоскутная» империя по-прежнему хотела доминировать на Балканском полуострове, но этому мешали русские. Также венский двор не хотел усиления России за счёт Турции. Русско-прусские отношения были испорчены после Оломоуца: Берлин пытался отнять у Дании Шлезвиг и Гольштейн, укрепить своё положение в Германии, что вызвало отрицательную реакцию России, Австрии, Франции и Англии. Пруссии пришлось отступить, но во всём виноваты оказались только русские.
Накануне Крымской войны
В январе 1853 года русский государь вернулся к турецкому вопросу в разговоре с английским послом Сеймуром. Он хотел добиться соглашения с Англией по поводу «больного человека». Обстановка снова казалась благоприятной. Королева Виктория была дружественно настроена в отношении Николая. Правительство возглавил лорд Эбердин, с которым государь вёл беседу по вопросу Турции в 1844 году. Николай Павлович отметил, что никому не даст занять Константинополь. Русские могут войти туда временно, как охранители.
«Ни русские, ни англичане, ни французы не завладеют Константинополем. Точно так же его не получит и Греция. Я никого не допущу до этого».
По мнению царя, Молдавия, Валахия, Сербия и Болгария должны были попасть под протекторат России. После распада Османской империи Египет и Крит отходили под контроль Британии. Всего в январе – феврале 1853 года Николай провел четыре встречи с Сеймуром. Царь предлагал Англии разделить турецкое наследство. Англия дала резко отрицательный ответ. Глава внешнеполитического ведомства Англии лорд Джон Россель сообщил, что он не видит, что Турция близка к падению и не будет заключить какие-либо соглашения касательно Османской империи. Даже временный переход Константинополя под русский контроль недопустим. Русский государь допустил тяжелые ошибки в турецком вопросе. Во-первых,
Лондон обманывал своих противников, давал ложную надежду, провоцировал. Сталкивал конкурентов между собой. Во-вторых, он сбросил со счетов Францию. Французский капитал имел большие интересы на Ближнем Востоке, в Турции, Сирии и Египте. Царь считал, что Франция после революций и переворотов 1848–1851 гг. ослаблена и выключена из Большой игры. Это была ошибка. Наоборот, новый французский император был готов пойти на практически любую авантюру, чтобы взять реванш за прежнее поражение, укрепить свой авторитет в стране. В-третьих, царь пренебрежительно относился к Австрии, считал, что Вена ничего не сможет сделать после революции в Венгрии, которую подавила Русская армия. В итоге австрийцы вонзили нож в спину России, когда та вела тяжелую борьбу в Крыму.Таким образом, собираясь разделить турецкое наследство, надо было договориться с Францией и Австрией. Либо быть готовым противостоять всему коллективному Западу, который боялся, что русские займут Царьград-Константинополь. Между западными державами было много противоречий, но в одном они были едины – не дать русским усилиться за счёт Турции.
![](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-08/zar_nikolaus_i_zu_pferd_lithographie_nach_kruger.jpg)