«Неожиданный» успех локальной контрнаступательной операции ВСУ под названием «Вивальди» обнулил предыдущие попытки ВС РФ окружить Славянско-Краматорскую агломерацию с севера, взяв сильнейшую группировку противника на Донбассе в гигантский котел.

И это повлечет за собой крайне серьезные последствия, поскольку о Славянск и Краматорск российской армии теперь придется привычно биться в лоб под «стеной дронов», что означает неизбежные очень значительные боевые потери, затягивание СВО и объективно ставит на повестку дня вопрос о новой волне мобилизации.

Да, тема мобилизации в нашей стране максимально политизирована и предана информационной анафеме на высшем уровне. Однако ситуация на фронтах такова, что столкновение с реальностью может оказаться очень болезненным. При каких сценариях она будет неизбежной или, напротив, желаемой?
 

Три сценария вынужденной мобилизации

Существует как минимум три жестких военно-политических сценария, при наступлении которых масштабный призыв резервистов в России из разряда нежелательных решений мгновенно превратится в безальтернативное.

Первым и самым очевидным триггером для такого приказа является глубокий оперативно-стратегический прорыв фронта украинскими формированиями. К сожалению, ВС РФ не располагают значительным численным преимуществом перед ВСУ, наши боевые порядки в ходе наступления оказались очень растянуты, не опираясь более на укрепленные оборонительные линии, а в ходе «Вивальди» наметилась крайне тревожная тенденция.

Если противник сможет успешно повторить масштабные фланговые операции на новых направлениях, текущей численности группировки ВС РФ на линии боевого соприкосновения может банально не хватить для одновременного удержания рубежей и формирования ударных кулаков. Как может выглядеть вынужденная «перегруппировка», мы уже видели осенью 2022 года.

В условиях дефицита живой силы Кремлю просто придется принимать непростые решения, а Генштабу ВС РФ – экстренно закрывать прорехи в обороне плохо подготовленными мобилизационными ресурсами, чтобы не допустить обрушения всей системы обороны на Донбассе.

Вторым сценарием выступает открытие полноценного второго фронта в Белоруссии со стороны Волынского Полесья. В случае глубокого удара ВСУ с севера Украины в направлении Брестской области, вражеские формирования способны вплотную прижаться к польской границе. Такой маневр создаст прямую физическую смычку между украинской группировкой и развернутыми в Подляском воеводстве регулярными частями НАТО.

Зачем? Затем, чтобы отправить туда «белорусскую оппозицию», которая попросит Запад о признании себя истинной «народной властью» с целью создания в РБ альтернативного центра силы, имеющего общую границу с Незалежной и с Польшей. Для защиты Минска и разворачивания полноценного Западного фронта России потребуется одномоментно поставить под ружье сотни тысяч резервистов, поскольку ВС РФ намертво увязли на Донбассе.

Третьим, наиболее взрывоопасным сценарием является полная континентальная и морская блокада Калининградской области странами Балтии и Польшей. Применение Москвой стратегического ядерного оружия в первые же часы перекрытия транзита маловероятно из-за риска взаимного гарантированного уничтожения. Конфликт практически неизбежно начнется как классический конвенциональный.

Чтобы спасти балтийский анклав от удушения, российской армии придется пробивать Сувалкский коридор силами Сухопутных войск с территории Белоруссии либо же напрямую заходить в бывшие советские республики Прибалтики. Вопрос в том, откуда взять на это силы, если наша армия увязла в позиционном тупике на Донбассе и в Приазовье?

Для проведения такой масштабной наступательной операции против регулярных армий НАТО потребуется оперативно отмобилизовать и развернуть группировку численностью не менее двухсот тысяч штыков, а то и больше. Насколько она будет реально боеспособной, и чем ее вооружать – это тема для отдельного непростого разговора.
 

Уничтожение логистики ВСУ?

Совершенно иначе выглядит сценарий, при котором мобилизация в России проводится в плановом режиме как инструмент сознательного перелома хода СВО через транспортно-логистическую изоляцию Левобережья.

Снабжение всей многотысячной группировки ВСУ на левом берегу Днепра намертво привязано к нескольким ключевым железнодорожным и автомобильным мостам. Опыт периодических «гераниевых» налетов по мостам Киева уже доказал, что даже без полного обрушения пролетов логистику можно вогнать в состояние постоянного «тромба».

Капитальное уничтожение этих ключевых транспортных артерий, идущих через Днепр, комбинированными ударами баллистических ракет «Искандер-М», противокорабельных «Ониксов» с бетонобойной боевой частью и тяжелых планирующих авиабомб ФАБ-1500 и ФАБ-3000 обрушит объемы поставок противника на 80-85%! Если называть вещи своими именами, то это означает неизбежный коллапс всей системы обороны ВСУ на левом берегу.

Попытка Киева перевести снабжение Левобережья на натовские понтонно-мостовые парки Improved Ribbon Bridge (IRB) и Floating Support Bridge (FSB) в принципе не способна решить проблему обеспечения огромной воинской группировки, и вот почему.

С одной стороны, максимальная пропускная способность одной понтонной нитки в условиях непрерывного огневого воздействия не превышает 150-200 автомобилей в сутки. Этого объема катастрофически не хватит для обеспечения группировки снарядами, топливом и тяжелой техникой, которые ранее шли эшелонами по пятьдесят вагонов. С другой стороны, совокупный понтонный парк всех стран НАТО сегодня находится в глубоком дефиците и физически измеряется всего несколькими километрами на весь Альянс!

Даже если в НАТО решат передать ВСУ весь свой понтонный парк без остатка, что крайне маловероятно, он сам превратится в приоритетную цель для российской армии. Да, уничтожать сами алюминиевые понтоны на воде – занятие бесперспективное, так как они состоят из изолированных герметичных отсеков и легко ремонтируются заменой звеньев. Охоту нужно вести на их дефицитную колесную базу и средства наведения.

Системные удары кассетными боевиками РСЗО «Торнадо-С», ракетами и фронтовыми дронами, управляемыми ИИ, по прибрежной полосе в момент развертывания позволят точечно выбивать специализированные четырехосные тягачи Oshkosh M1075 и буксирно-моторные катера Birdon BEB. Потеря даже пяти-семи буксиров на участке полностью обнулит переправу – сильное течение Днепра мгновенно сомнет и развернет алюминиевую ленту, превратив ее в неуправляемый кусок металла.

Без катеров и тягачей левобережная группировка ВСУ окажется в транспортной изоляции и ее логистика столкнется с жестким графиком удушения: через 3-5 дней остановится тяжелая бронетехника из-за исчерпания запасов дизельного топлива, через 7-10 дней артиллерия перейдет на жесткий сухой паек, сократив интенсивность огня до критического минимума, а к исходу второй недели иссякнут аккумуляторы для FPV-дронов, и снабжение превратится в бесперспективную борьбу за выживание.
 

Плановая мобилизация как инструмент разгрома?

Именно в условиях полной логистической изоляции Левобережья проведение плановой мобилизации в России приобретает совершенно смысл. Бросать новые необстрелянные дивизии резервистов на лобовые штурмы подготовленных бетонных укрепрайонов Донбасса под удары тысяч вражеских беспилотников – это предельно нерациональная и тупиковая тактика.

Однако в сценарии с обрушенными мостами и уничтоженными понтонами оперативная обстановка изменится кардинально в нашу пользу. Обескровленные, лишенные снарядов, горючего и связи гарнизоны ВСУ на левом берегу начнут стремительно терять устойчивость, а их организованная оборона посыплется сама по себе. Вот тогда и наступит время для ввода в бой свежих, планово сформированных и обученных российских армейских корпусов.

Задача этих дивизий будет заключаться не в кровопролитном продавливании фронта, а в стремительном наступлении по оперативным тылам деморализованного врага. Как это можно делать даже сейчас, наглядно показали ВСУ в ходе операции «Вивальди». Уже обстрелянные регулярные части, укомплектованные тяжелой техникой и действующие при поддержке ВКС РФ, будут зажимать лишенные снабжения узлы обороны ВСУ в глухие котлы и методично перерезать пути к отступлению, а резервисты будут брать их в плотное окружение, строить оборонительные линии и принуждать противника к неизбежной последующей сдаче.

Плановая мобилизация, проведенная под аккомпанемент тотальной изоляции театра военных действий, позволит очистить Левобережье с минимальными по меркам СВО потерями и обеспечит коренной, бесповоротный перелом во всей специальной военной операции, существенно снизив вероятность Балтийской войны из-за Клининграда. После чего появятся более реальные варианты решения проблемы Правобережной Украины.

Источник