CОБР. Новые центурионы. Часть 3… | История, мемуары | ★ world pristav ★ военно-политическое обозрение


Главная » Статьи » История, мемуары

CОБР. Новые центурионы. Часть 3…

Кипящий котел

 - Так и напиши, журналист. В УБЭПе завелись гомосеки, - категорично требует спецназовец.

И весь автобус сотрясается от молодецкого хохота.

Честно говоря, два сотрудника  Управления по борьбе с экономическим преступлениям, при пристальном рассмотрении, действительно выглядят несколько подозрительно. Очень уж они прилизанные, причёсанные, хорошо одетые и с гладкой речью. В автобусе, полном оскалившихся волкодавов в брониках, с автоматами и в камуфляже, они смотрятся домашними пуделями. Но у каждого своя работа. У одних – двери вышибать. У других – с бухгалтерией терпеливо и кропотливо разбираться. Все профессии важны, выбирай на вкус.

С БЭП спецназ работать не любит. Ну нет должного драйва и боевого азарта. Приехать на какую-нибудь фирмочку. Охрану мордой в пол положить. Притом та самая охрана давно уже наученная, не сопротивляется и на пол ложится сама, без лишних побудительных аргументов типа прикладом по ребрам. Так что все обыденно и скучно.

Вон, недавняя вылазка. Опера из БЭПа так расписывали, какая серьезная служба безопасности в какой-то жульнической корпорации – вся из бывших спецназовцев, подготовленных руками и зубами врага рвать. Готовились в ОМСНе к акции серьезно, просчитывали варианты, вооружались. А как на место приехали – так охрана сразу сама по стеночкам при виде «тяжелых» расставилась и руки подняла, только с просьбой не беспредельничать и без надобности не бить. В принципе, так и должно быть. Спецназовец, будь то милицейский или армейский, прежде всего отличается трезвой головой и способностью реально оценивать обстановку. Это не среднестатистический здоровенный и ошалевший от собственной мощи бандит, который как разъяренный бык всегда готов броситься в бой с криком:  «а мне похрен!» И тут же огрести по полной, чтобы потом сращивать переломанные ребра или сломанную челюсть.

Приехали мы к высотке гостинице «Союз». Еще недавно статусная гостиница была, хоть и на окраине. А теперь вся отдана под тоже статусные офисы. И на стоянке стоят статусные машины – все сплошь иномарки.

И в это гламурное место как пришельцы из другого мира – войны и постапокалипсиса, вклиниваются наш желтый «Пазик» и видавшие виды две оперативные легковушки. Хотя мы, если глубже взглянуть на суть вещей, тоже статусные. Только статус у нас несколько иной – как у кувалды, крушащей изящный хрусталь.

В одном офисе приютилась фирма, которая занимается массовыми хищениями продовольствия. И так жрать в стране скоро нечего будет, а эти все тащат и толкают налево последние крошки.

Да вообще, все эти московские компании, всякие общества с ограниченной, а порой и вовсе отсутствующей, ответственностью без остановки крутят шальные деньги, которые валятся и валятся сверху. Москва – не только столица бандитизма, но и признанный мировой лидер в плане количества и наглости жуликов в сфере экономики. Каждый бизнесмен изо дня в день, и не по разу, смачно полюет на законы, а уплату налогов воспринимает как некую забавную игру, цель которой свести выплаты к нулю, а лучше, чтобы еще и государство тебе должно осталось. Обижаться на них грех. Вся российская экономика сейчас на этом построена. Урвать, перепродать, снова урвать, что плохо лежит. Народное достояние, еще недавно бывшее опорой страны, тает, как снег весной. Да все растаять не может – много все же предки добра накопили, все сразу и не унесешь.

Оперативники заходят в здание «Союза». «Спецы» напрягаются, готовые к своему драматическому выходу на сцену, если вдруг упертая охрана решит не пустить милицию. Но пока все тихо.

- Голову им сейчас там оторвут, - рассудительно произносит старший группы. – Надо было всей толпой вламываться. Интеллигенты-перестраховщики.

Через некоторое время оперативник БЭП появляется и смущённо информирует:

- Не нужно там воевать. Там люди все поняли.

Ну поняли, так поняли.

- И не поработали толком. И без ужина остались, - слышится разочарованный голос.

На базу. Там полно новых заданий…

И вот новые выезды. Пора в путь-дорогу, покой нам только снится. У Белорусского вокзала предстоит накрыть точку торговли наркотиками… На Дмитровском шоссе – очередные бандитские разборки.

Колесит, кряхтя, по московским улицам наш видавший виды желтый автобус «Паз» с занавешенными стеклами. Едет мимо бесконечной «китайской стены» ларьков с алкогольно-озабоченной фауной вокруг. Мимо валяющихся рядами, как морские котики на лежбище, бомжей. Мимо кучкующихся, скудно и взывающее одетых шалав, голодными глазами провожающих потенциальных клиентов со словами: «Мужчина, не хотите отдохнуть?». Мимо рыщущих, как голодные волки, торгующих шаурмой кавказцев, рядов спекулянтов, сбывающих на пятачках сигареты и паленую водкой. Шелестят колеса по разбитым дорогом, проносятся мимо обшарпанные старые здания, неоновые вывески  бутиков и казино, в которых новые русские и старые бандиты, паразиты всех мастей и вырожденцы всех видов азартно просаживают награбленное, наворованное и просто подобранное с пола.

И кажется, что иного города мы уже не увидим никогда. Он напоминает гигантский котел, где кипит странная, дурная на вкус жизнь, растворяющая все добрые порывы, надежды, иллюзии простого народа. Вскипают в нем, лопаясь и распространяя смрад, пузыри криминала, всеобщего грабежа, распутства, разврата и бессмысленности.

Этот котел давно проржавел - криминал  почти что проел его насквозь. И в корпусе появляются дырки, через которые зловонная жижа расползается наружу. А мы, те, кто в желтом автобусе – такая бригада мастеров и ремонтников, латающая дырки и ставящая заплаты, чтобы не дать этой жиже хлынуть полноводным потоком и утопить в ней всех и каждого.

Пока живы мы, те, кто счищает грязь и ставит чугунные заплатки, будет жива и страна, и народ…

Новая вылазка снова по заказу БЭП, на этот раз отдела по незаконному обороту драгметаллов. Какое-то там ворованное техническое серебро  жулики должны обменять на баксы. Вроде бы в сделке участвуют бойцы подмосковной бандитской «бригады», может, даже с оружием. А БЭП к боям без правил не слишком склонен, в отличие от того же угрозыска. Так что пусть спецназ воюет.

Площадь перед метро «Измайловская». Эти самые площади около метро стали в последние годы чем-то вроде Хитровского рынка. Тут тебе и ларьки, и ряды спекулянтов, торгующие чем угодно, и наперсточники, карманники, собирающие дань бандиты.

Человеческий водоворот вскоре затягивает и спецназ, и оперов. Встряхиваю головой, пытаясь разобраться, кто где. Держусь рядом со старшим группы. Едва не брякаю во весь голос:

- Ну и где этот торговец серебром?

Прикусываю вовремя язык, только жестом обозначаю вопрос.

Старший кивает в сторону, и оказывается, что клиента я сейчас аж плечом задел. Вон он, в двух метрах от нас. Стоит, родимый, ждет. Считай, дождался.

Оперативник БЭПа дает отмашку. Бойцы подходят к парню с двух сторон, сжимают его, как клещами, и вежливо информируют:

- Милиция. Пройдемте с нами.

Прикрытия у него бандитского нет. Все, задание отработано.

Впрочем, работой это сложно назвать. Торгаш какой-то худосочный, непритязательный. А теперь еще и испуган настолько, что ноги подкашиваются. Так что у спецназовцев больше забота не руки ему заломить за спину, а чтобы он не грохнулся на асфальт без чувств.

«Спецы» на обратном пути зевают. Скучно, братцы. Это разве достойная дичь? Им нужны львы, а тут все по сусликам работаем.

Но уже на следующий день работку подгоняют – всем работам работа. Такая, что весь МУР вместе с УБОПом, ОМОНом и спецназом в ружье поднимается. Тут войнушка может на улицах столицы разгореться такая, что останется пачками «жмуриков» вывозить.

В Кузьминках, около кинотеатра, затевается грандиозная стрелка. Наша братва с кавказцами будет делить какой-то рынок и предъявы кидать друг другу. Соберется масса вооруженных и готовых на все бандитов. Стороны друг друга ненавидят. Договориться они между собой не договорятся, значит будет грандиозное побоище.  Это нам надо?

От особняка в Колобовском переулке отъезжают «Пазик» и несколько оперативных машин. Во главе командир отряда – а это означает, что ситуация и правда чрезвычайная.

Ну что, время близится. И начинается активная движуха.

Одна за другой проходят в сторону кинотеатра машины, набитые быками с характерными загривками. Судя по всему, «концерт» грозит собрать не меньше  сотни исполнителей, а то и двух.

Радует, что стрелка не перенесена. Значит, информация не утекла наружу, и бандиты не в курсе, что на их показательные выступления нагрянут нежданные почитатели их творчества с автоматами наперевес и с бодрыми криками «На землю! Милиция!»

Наш «Пазик» застывает на точке, откуда нас не заметишь, но мы сами можем быстро добраться до места стрелки.

Правда с «быстро» могут возникнуть проблемы. Разгар дня, улицы запружены автомобилями, заторы, пробки. А ближе придвинуться к месту нельзя – бандиты же тоже не лыком шиты, засекут «тяжелых», и поминай как звали.

Бойцы ОМСНа в брониках, камуфляже, все в азартном напряжении в предвкушении команды «вперёд».

Первоначально план простой. Дать всей этой кодле собраться на точке. И накрыть всех разом. Хотя и опасно это, черт возьми. Стрельба пойдет – будет настоящий войсковой бой. Отморозков там полно с обоих сторон.

В эфире доносятся переговоры инициатора операции с приданными силами:

- Уберите машину ПМГ подальше от кинотеатра. Насторожим клиентов.

Расстановка сил. Перекрытие путей отхода.

И тут как гром среди ясного неба:

- ОМОН два «контейнера» с «клиентами» принял!

В переводе это означает, что взяли две машины с бандитами.

- Вот же черт! – восклицает командир отряда. – Поспешили, не дали собраться! Теперь собирай братву по всему городу!

Вступает в действие запасной план. По всей округе начинают тормозить машины с быками. Могут, конечно, попасться под горячую руку те, кто мимо проезжал. Но это ничего, потом разберемся, и каждому воздастся по заслугам.

- Берем белый «Жигуль»! – звучит по рации команда инициатора операции. – Номер…

Это наша цель. Совсем рядом.

- Вперед! – приказывает командир отряда водителю.

Вот только «вперед» сразу не получается. Бандитская машина маячит впереди, но добраться до нее мешает затор.

Решается все просто. «Пазик», как боевой слон, взбирается с ревом мотора на тротуар, распугивая ошалевших москвичей. Мчится вперед. Тормозит около наполненной быками тачки.

«Спецы» выскакивают из автобуса. Считанные секунды – и вот  извлеченная из салона «Жигулей» братва уже полирует мордами потрескавшийся асфальт. За поясом у одного пистолет, другие чистые.

А работа продолжается. Снова в эфире сквозь шелест звучит азартный  голос инициатора:

- Улица Зеленодольская! К вам идет «Мерседес» с люберецкими быками. Берите. Только аккуратнее. Они могут быть вооружены.

Это работа уже для другой группы ОМСН, передвигающейся на оперативной машине. Вскоре следует победная реляция: «взяли четверых люберов с двумя стволами!»

Позже выяснится, что на этих гадах ядовитых и на их стволах два убийства.

А братва все не кончается. Снова звучат сообщения – примите там машину, задержите там.

Вон еще одна тачка. Скромненький «Жигуль». В салоне два быка. «Спецы» сноровисто вытряхивают их из салона. Морда в капот, ноги шире плеч. И тут один из них отчаянно кричит:

- Вы что, сдурели?! Мы опера! Вместе с вами работаем!

Проверка личности, удостоверения – и правда парни с МУРа. Ну а что,  МУР большой, всех не запомнишь.

Отряхнули их, на ноги поставили, извинились. Но оперативники какие-то ершистые и сильно нервные. Матерятся в стиле – мы такие все из себя, а вы все разэтакие. «Не видите что ли, кого задерживаете!» А как сразу отличишь опера от бандита?  И успокаиваться ребята не собираются, все обиды свои с правами качают, разоряются, какие спецназовцы тупые и какое кощунство сотворили только что.

Старший группы ОМСН мрачно выслушивает их и объявляет:

- А шибко скандальные сейчас в рыло огребут!

Тут взор опера проясняется. Оценивает, что действительно сейчас огребет, и никто его даже не пожалеет. Тут у спецназа репутация четкая. И хотя не затыкается окончательно, но переходит на ворчливый шепот под нос.

А цирк продолжается. Тормозим еще машину с вальяжными азербайджанцами. Те народ покладистый, без эксцессов и мордобоя объявляют, что они из МВД Азербайджана, тут по приглашению Московского УБОПа. Их взяли на мероприятия, чтобы они посмотрели – нет ли здесь их клиентов. Видел я уже таких гостей из сопредельных, ныне независимых,  республик. Почему-то со своими земляками они разговор начинают с размазывания мордой о стол и прочего грубого насилия. А потом еще удивляются:

- А чего вы с ними церемонитесь? Бить эту сволочь надо нещадно, чтобы место знали!

С ними расходимся, как с родными, типа, заходи, гость дорогой, Всегда буду рад, стол накрою, вина налью.

 Ну что, обошлось без крови и стрельбы. И арестовали кого надо. И оружие изъяли.

Оружие. Еще года три-четыре назад главным оружием бандита были острый нож, тяжёлая бейсбольная бита и увесистый кулак. Теперь силовые виды спорта не в моде. Теперь в тренде меткая  стрельба. Рынок оружия огромен и растет не по дням, а по часам. И отчеты ОМСН полны подобными сообщениями:

«На улице Туристской задержан преступник, совершивший вооруженное разбойное нападение на коммерческий магазин. Изъят автомат Калашникова».

«Около гостиницы «Россия» задержан гражданин, у которого изъята граната».

Времена такие. Прямо по Высоцкому.

«Большой игрок, хоть ростом гном,

Сражается в картишки.

Блефуют крупно, в основном —

Ва-банк, большие шишки

И балуются бомбою —

У нас такого нет,

К тому ж мы люди скромные:

Нам нужен пистолет».

Работа сделана.   Но московский котел продолжает кипеть. На разборках и стрелках продолжают стрелять и разбираться.

Вот и новое задание – завтра стрелка у гостиницы «Спорт», дом 90 по Ленинскому проспекту.

Выезжаю с разведчиками на рекогносцировку. Осматриваемся. Пути отхода, точки наблюдения.

Ну все, к работе готовы. Завтра будет горячо. Бригады там сойдутся вооруженные, безбашенные. От которых всегда можно ожидать всего, что угодно…

 

Братский дележ гостиницы «Спорт».

С нашего пункта наблюдения видно, как съезжаются к белому зданию гостиницы «Спорт» на добрые двадцать два этажа  бандитские «Жигули». Потом появляются иномарки – это приехали мафиозные боссы, ответственные за переговорный процесс.

Почему-то все бандиты похожи друг на друга, как клоны. Главари, в отличие от своих горилл-торпед, где-то даже изящны, одеты с иголочки. А движения ну чисто как у павлина. Идет весь такой гордый, неприступный¸ чванливый, с распушившимся хвостом. И на окружающих смотрит, как на дерьмо. И движения такие важные, замедленные.

Вот и этот, из «Мерседеса»,  такой же. Не идет, а плывет, как императорская яхта. Губа презрительно оттопырена. Молодой, да из ранних. Пиджак вызывающего ярко-синего цвета.

Это какая-то идиотская и пошлая мода начала девяностых годов – малиновые-зеленые-желтые пиджаки,  килограмм золота на шее и на пальцах. Чтоб тебя как маяк в ночи издалека видно было, и чтобы все заранее устрашались, насколько ты крут. Ну кто скажет, что  мы не папуасы, которых купили за цацки и за бусы?

На автостоянке перед гостиницей к «синему пиджаку» подкатывает примерно такой же павлин, только одной из кавказских народностей и возрастом постарше. И начинается разговор с доводами – кому положено здесь капусту рубить, а кто мимо пролетает.

Ныне в Москве все чего-то делят. Сферы влияния, территории, награбленное. И в ходе этой дележки убивают, убивают, убивают. Убивают правых и виноватых. Убивают бандитов, коммерсантов, просто случайных людей. Еще недавно патриархальная страна превращается в страну профессиональных убийц. И конца-края этому не видно.

Авторитеты самозабвенно базарят и делят. А чтобы слова пустыми не казались, в сторонке скромно маячат быки с обоих сторон, ждут команды. Глазами молнии мечут. Насупившиеся и грозные. Но в глубине души у каждого живет липкий страх – а вдруг сейчас стрельба начнется, и поляжешь ты здесь, на автостоянке, такой молодой и красивый. И на хрена тогда тебе сдадутся эти заработанные потом и кровью баксы? На том свете от чертей откупаться?

Ну а дальше, как всегда. «Работает спецназ!»

Подкатывает фургон отряда и оперативные машины. «Спецы» тяжело  ступают на асфальт и как-то вальяжно и неторопливо идут к трущим терки бандитам.

Если переиначить известную поговорку, то можно смотреть вечно на то, как течет вода, горит пламя. И как милицейский спецназ валяет по полу бандитов.

Ребята ускоряют шаг. Начинается укладка тел. Рывок, захват, прием  – противник нейтрализован. Щелкают наручники.

Больше десятка «торпед» уже изучают  трещины на асфальте, хлюпая разбитыми носами.

Тут важно не только физическое и, желательно, численное  превосходство – бандиты тоже далеко не мальчики для битья. Вся твоя устремленность, динамика, слова, все рассчитано на то, чтобы продемонстрировать преступнику, что он дичь. А по его душу пришел безжалостный и безупречный охотник.

Главный павлин уже и не павлин вовсе, а по виду какая-то мокрая курица. Лежит, поскуливает от обрушившихся ударов возмездия. И в этот миг думает, что идея стать бандитом, возможно, была не из лучших.

Спецназовец профессионально ощупывает обездвиженное тело. Отлично, первый улов – пистолет «Глок». Такая австрийская изящная штучка аж на девятнадцать патронов - очень дорогая и больше статусная, чем эффективная в бою. Главная трудность – достать патроны, да и содержать в порядке. Но вещь, в принципе, качественная, бьет отлично. И плюс к этому каждая собака знает – «Глоки» за поясом только у реальных и важных пацанов. А шестерки ходят с ТТ.

Между тем действо продолжается. «Наружка» сообщает по рации, что от гостиницы со свистом ушел «ВАЗ-2106». И начинается вторая серия. «Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови». Так, кажется, поется в известной песенке про красных дьяволят.

Бандитская тачка проскакивает все светофоры. Но супортив милиции он ничего не смог. Ее нагоняют оперативные машины. Спецназовская «шестерка» подрезает нос. «Торпед» заученными движениями извлекают из машины.

Это тоже искусство. Как сделать коробочку – то есть перекрыть преследуемую тачку спереди и сзади оперативными машинами. Как подобраться к салону, под каким углом, чтобы тебя заметили в последнюю очередь и не открыли сдуру огонь. Как извлечь дергающееся и сопротивляющееся тело из салона, порой, закрытого на все замки.

Есть в спецназе любители и умельцы работать именно с машинами. Один такой приноровился с первого удара выбивать и выдергивать лобовое стекло, потом извлекать через открывшийся проем с передних сидений водилу и пассажира. Как в фильме «Терминатор» - видели его все.  Вот такой русский терминатор.

Разложенные на асфальте «торпеды» не сопротивляются. И они почему-то очень довольные. На карманах у них ничего нет. На нет и суда нет. А что еще простому бандиту надо?

Тут поступает очередной сигнал. Подъезжаем во дворик около гостиницы, там какое-то лечебное учреждение. Женщины в белых халатах указывают на потрёпанный тяжкой жизнью и колдобистыми дорогами белый «Жигуль» первой модели – по виду явно не бандитская тачка. На такой совестно ездить - только «бригаду» позорить.

- В нее кинули пакет, - взволнованно объясняет женщина в белом.

Выяснилось, что беглая «шестерка» останавливалась во дворе – тормознула со скрипом и шелестом, как на гонках. Из нее выскочил какой-то парень. Закинул в мятый «жигуль» какой-то сверток. И после этого пришельцы свинтили куда-то в темпе вальса.

Осматриваем машину. Ну, так и есть. Вот оно, оружие!

Такой есть фокус. Чтобы не попасться в ласковые лапы правосудия, бандиты даже на стрелках стараются на кармане оружие не держать. Для этого есть так называемые «оружейные тачки». Самая неприметная машина, где и лежат пистолеты, помповики или даже автоматы до того момента, пока не будет отдан призывный клич: «В бой, братва!» Тогда та самая братва резво подбегает к машине, разбирает стволы, и начинается войнушка.

Что у нас здесь? Сверток с тремя ТТ так называемой «желтой сборки», из Китая. Это такая жалкая копия нашего доброго  ТТ, которым деды еще в Великую Отечественную войну воевали. Всегда был образцом точности и надежности. Китайские ТТ, наоборот, игрушки практически одноразовые. Уже после нескольких десятков выстрелов начинают клинить, отказывать. Но это неважно. Пока они новенькие, дырявят качественно. А покупают их, в отличие от австрийских машинок, по принципу – выстрелил и выбросил. Любимая игрушка не слишком дорогих киллеров – потому как дешево, сердито и не жалко. И купить можно без проблем – предложение опережает спрос. По разным каналам из бывших республик СССР их идут тысячи и тысячи.

У бандосов, вовремя скинувших стволы, рожи удовлетворенные, типа «Нет у вас методов против Коли Сапрыкина». Эх, это они, глупцы, еще не все знают…

На базу. Мероприятия закончены.

Впрочем, с «тяжелыми» мне предстоит вернуться к гостинице «Спорт» еще не раз. Ее так и будут делить несколько лет, пока не снесут. И все эти годы там будет расселяться и пировать самый отпетый сброд, всякие кавказские ОПГ.  

   

 

Место там такое, запутанное и странное. Всегда страсти кипят. В 2007 году гостиницу взорвут, так что дым с пылью будут столбом стоять по всему Ленинскому проспекту. Жалко, хорошее, крепкое здание было, и построено совсем недавно – в 1980 году. Вскоре суд примет решение, что взорвали незаконно, но обратно уже не соберешь. Долго будет решаться, что там устроить. И только в 2023 году там с помпой откроется фешенебельный отель «Рэдиссон». Вполне пристойное, кстати, место. Без стрелок, чеченских бандитов, укрывающихся в номерах, без стрельбы.

Но это когда будет. А пока на дворе лето 1992 года. И завтра у нас новое эпохальное мероприятие. Массовая зачистка цыган!..

 

Цыгане, цыганки и фальшивые цыганята…

 Вражеский десант высадился в Московской области весной 1992 года, быстро присмотрел место для временной базы, обустроился в Ногинском районе и оттуда стал совершать вылазки, поставившие на уши всю столицу.

Ну а если проще – в регион из глубин Закарпатья прибыл цыганский табор больше сотни человек. Ранним утром цыгане садились в электричку и ехали потрошить Москву. Заниматься кражами, гаданием, нищенствованием. Но самая коронка их была грабежи. Для них они использовали детей от семи до десяти лет. И работали в основном по иностранцам – то есть тем, у кого в нищей Москве был самый крутой прикид и самые крутые тачки. Выходит  гламурная фифа из «Мерседеса». Пройдет два шага, и тут на нее налетает толпа малолетних негодяев. Облепляют её, как вши. Пока дама, ничего не понимая, пытается стряхнуть их, а они уже врассыпную – с  деньгами,   драгоценностями. Пару женщин раздели чуть ли не догола в центре Москвы.

Поскольку работали они по самым солидным клиентам, то очень  быстро список их жертв стал напоминать перечень гостей дипломатического раута. Там была жена английского посла, шишки помельче. За пару  месяцев табор принес, не напрягаясь, семь дипломатических нот. Поскольку исполнители преступлений были малолетними, по закону  уголовной ответственности не подлежали, то сделать с ними было практически ничего невозможно. Тогда мэр Москвы Лужков и глава областной администрации Тяжлов издали совместное Постановление о разгроме  незаконного поселения в Ногинском районе и выселении оккупантов  за пределы региона, лучше в их родные места.

Было где-то четыре часа утра, когда в актовом зале на Петровке, 38 планировалась атака на вражеские укрепления. Миша Денисов, начальник цыганского отделения МУРа, к задаче подошел с размахом и добросовестностью. На стене висели исполненные в лучших традициях военной топографии карты с изображением лагеря, направлениями основных ударов. И Миша самозабвенно толкал  порядок действий – откуда заходит штурмовая группа, где резерв, приданные силы, по какому сигналу выдвигаемся.

Ну а потом апофеоз. Громили лагерь рано утром, пока цыгане еще не сорвались в Москву.  Мы вылезли из оперативных и спецназовских машин на шоссе. Рядом остановился автобус с ОМОНом. Холодрыга была собачья, в легкой куртке меня пробирал озноб, карман оттягивал газовый баллончик, которым надлежало эту живность обильно поливать.

- Начинаем движение, - приказал старший группы.

Мы растянулись в цепочку. Утренний туман, хруст веток, лесополоса. И массивные тела ОМОНовцев, одетых в серую форму, с автоматами, очень напоминавшие егерей Вермахта в борьбе с партизанами.

Впереди замаячила просека. По рации прошел сигнал:

- Захват!

Мы припустили бегом и выскочили на просеку.

Картинка предстала изумительная. На просеке были расставлены палатки, шалаши, ветхие строения. В лужах возились босые пацаны – в такой-то холод – морозоустойчивые, как белые медведи. Босые цыганки что-то варили в котелках на костре, готовились к  отъезду на работу. Мужчины как всегда что-то жрали или кем-то понукали. Размеренная жизнь. И тут – вы нас не ждали, ну а мы уже пришли.

Со всех сторон на табор ринулись бравые сотрудники ГУВД Москвы. И началась баталия.

Дальше все помню обрывками. Стук резинового "демократизатора"  – это   цыгану, решившему что-то изобразить, прилетело от омоновца, да так, что злодей рухнул и особых признаков жизни не подавал. Мерный стук дубинок – это омоновцы загоняли цыганских теток в круг. С кряканьем удар омоновскими башмаком по ребрам – это цыган-мужчин раскладывали на влажной утренней земле, щелчки наручников. Визг стоял такой, что уши глохли  – это орали цыганки. Это их фирменный стиль – при задержаниях или разборках они моментально переходят на дикий визг, оказывающий на неподготовленных сотрудников парализующее действие. А могут и грудным ребенком в милиционера кинуть. Но спецы из ОМОН и ОМСНа к этому привыкшие. Бах, хрясь – в круг, стоять и не вякать.

Цыгане верещат. Ругань, мат такой стоит, которого я раньше и не слышал. Холод. Ветер. Оперативники из наркооттдела вспарывают подушки, где обычно цыгане держат наркоту. Ветер поднимает пух. И в этом пухе прыгает и катается, повизгивая от удовольствия, здоровенная немецкая овчарка, натасканная на наркотики.

Оперативник отводит в сторону  пацана – белобрысого, с  голубыми глазами, странно выглядевшего на фоне своих черненьких друзей.

- Ты кто? – спрашивает опер.

Парень гордо выпрямляется:

- Я цыган.

- А волосы чего такие белые?

- Прокрасились!

В этот момент главная паханка-цыганка поднимает дикий вопль:

- Чего, ирод, к ребенку пристал! Цыган он! Мы что, только с цыганами трахаемся? Мы и с русскими трахаемся Интернационализм! Дружба народов!

Когда этот балаган немножко стихает, начинается обыск. Добычу кладем на брезент. Первый раз в жизни я увидел китайские юани - целую пачку, стыренную у дипломатов. Доллары, марки, золотые кредитки - чего только нет. Задача простая – набрать денег достаточно для того, чтобы оплатить уже забронированный вагон до Молдавии. Денег достаточно, много даже. Хватит и на поезд, и на самолет, и еще на автобус.

Паханка не унимается:

- Вам что деньги нужны?! Так вы сказали бы! Мы бы вам на Петровку принесли! И ходить не надо!

Доставили в Главк, описали задержанных, сфоткали, запихали в вагон. И я думал, что больше эту компашку не увижу.

И сильно ошибся.

Через год был в Питере, оперативники с Литейного мне говорят:

- Тут к нам табор приполз. Откуда-то из Закарпатья. Оккупировали дачный поселок, позахватывали домики, живут там. И в Питер ходят грабить. Одна дипломатическая нота за другой. Президента банка Лионский кредит обули. Ужас какой-то.

У меня закралось подозрение.

- Откуда взялись? – спросил я.

- Так из Москвы. Оттуда их выселили. А у нас Собчак сильный демократ. Говорит, выселять их негуманно. Вот мы к ним наезжаем временами. Недавно двести кило анаши у них изъяли. Да поехали, сам посмотришь.

Да, у питерских властей духу не хватило направить сюда ОМОН со спецназом. А, может, им просто наплевать, что тут творятся всякие бесчинства? Власть города на Неве отдельно, а затюканный криминалом и коммунальными неурядицами народ отдельно?

И вот приехали. Садоводческое товарищество, дома-курятники. Все дорожки засыпаны как просом пятидесятирублевыми монетами.

- Это они попрошайничают, в мешки монеты собирают, мешки лопаются, монеты высыпаются по дороге, - поясняет опер.   - Думаю, тут на новый поселок дачу можно на дорожках насобирать.

Дальше анекдот накаляется. Бабка пришла проведать свой любимый дачный домик, открывает дверь, там в позе Доцента из «Джентльменов удачи» сидит за столом полуголый цыган, перед ним на столе макароны, вокруг дети и жены мечутся, ублажают его. Бабка за сердце:

- Ироды окаянные! Бандеровцы! Чего вы в моем доме делаете?

- Не боись бабка, - важно отвечает цыган. – Скоро весна, урожай тебе соберем.

В другом домике цыганская семья сидит за столом, перед ними чуть ли не до потолка гора пятидесятирублевок, они их в столбики складывают.

Ну а дальше вообще начинается фантасмагория. Опер цепляет пробегающего белобрысого пацана с вопросом:

- Ты откуда такой!

И тут же выскакивает так скандальная авторитетная цыганка и начинает орать, кто с кем трахается, про интернационализм. Глядя на нее, я говорю:

- Чего ты разоряешься? Я тебя, выдру, ещё по Ногинску помню.

Она затыкается и смотрит на меня с опаской – мол, что за хрен, который за ними везде ездит.

Но это будет потом. А пока у спецназа другая работа. Кстати, тесно связанная с теми же цыганами, которые в этом преступном бизнесе если еще не короли, то уж князья точно. Это наркотики.

Заявка из 8 отдела МУРа – по наркотикам. Будем брать курьера…

Источник



Категория: История, мемуары | Просмотров: 52 | Добавил: Vovan66 | Рейтинг: 0.0/0

поделись ссылкой на материал c друзьями:
Всего комментариев: 0
Другие материалы по теме:


avatar
Учётная карточка




Категории раздела
Мнение, аналитика [269]
История, мемуары [1095]
Техника, оружие [70]
Ликбез, обучение [64]
Загрузка материала [16]
Военный юмор [157]
Беллетристика [580]

Видеоподборка

00:38:01



00:38:01

Рекомендации

Всё о деньгах для мобилизованных: единоразовые выплаты, денежное довольствие, сохранение работы и кредитные каникулы



Калькулятор денежного довольствия военнослужащих



Расчёт жилищной субсидии



Расчёт стоимости отправки груза



work PriStaV © 2012-2024 При использовании материалов гиперссылка на сайт приветствуется
Наверх