И тут следует отметить первое – обычно историки военно-морского флота признают, что испанские корабли середины и конца XVIII века имели превосходные формы и обводы, большинство из них были построены из крепкого красного дерева, превосходившего по твердости дуб, а начиная с Антонио де Хастаньетты (1730-е годы) в постоянный обиход вошли методы математического расчета и моделирования по французскому образцу.В 1765 году французский кораблестроитель Франсуа Готье создал лучшие испанские корабли по французским эскизам – 64-, 74- и 80-пушечники. Дело его продолжил ученик – Хосе Ромеро Фернандес де Ланда, который в частности разработал знаменитые испанские 112-пушечники.
Корабли
![1](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700938976_1.jpg)
Испанские корабли были в среднем примерно на 10–20 % больше по водоизмещению, нежели английские, их артиллерийские порты располагались примерно на уровне 1,5–2 м от ватерлинии, но при этом чаще всего несли артиллерию меньшего калибра, нежели их противник. Однозначных объяснений этому факту нет, но самым популярным и логичным является следующее – Испанская империя раскинулась на тот момент на половину мира, поэтому испанские корабли постоянно совершали дальние плавания и вояжи. Вот для связанности и защиты этой империи, которую возможно было защитить исключительно с моря, решили пожертвовать артиллерийским вооружением в угоду обитаемости, большему количеству припасов и т. п.К примеру, 74-пушечный Bahama (1784 года постройки) нес на главной палубе 24-фунтовые орудия, тогда как английские 74-пушечники – 32-фунтовые, а французские – 36-фунтовые. Еще до повсеместного введения карронад 90- и 100-пушечники испанцев были хуже вооружены для ближнего боя, нежели их визави. Например, 112-пушечный Santa Anna имел на надстройках и верхней палубе тридцать две 12-фунтовки плюс десять 8-фунтовок, тогда как, скажем, 100-пушечный Royal Sovereign (1786 года постройки) нес сорок четыре 12-фунтовых пушки, то есть больше и по количеству, и по калибру. Помимо всего прочего, испанские корабли были самыми малонаселенными – 74-пушечники по штату комплектовались всего 640 моряками. Для сравнения: у французов подобные корабли требовали 700 человек, у англичан по штату – 740 человек. Понятно, что мы ведем разговор про штатную численность, очень часто команды бывали меньше заявленного, особенно у британцев, которые плавали больше, поэтому и потери у них от болезней и несчастных случаев были выше, чем у их визави.
![2](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700939194_2.jpg)
При Трафальгаре часть испанских команд была больше, чем положено по штату, но это случилось из-за размещения на кораблях солдат, которые должны были участвовать в высадках в Вест-Индии и Англии.Резюмируем. Во главу угла при строительстве испанских кораблей была поставлена возможность совершать дальние плавания. Именно это и виделось основной задачей. Однако линкоры все-таки надо строить для боя – в этом и была основная проблема испанских кораблей. Изначально неправильный подход в результате и принес закономерный результат.
Численность флотов
Другим немаловажным аспектом была численность испанского флота в сравнении с английским. В конце XVIII века испанцы в период расцвета могли выставить в море до 80 линейный кораблей. Англичане – 200. К Трафальгару Испания имела 52 линейных корабля, Англия – 217. Даже если к испанским прибавить еще 60 французских кораблей – у англичан все равно сохранялось двукратное преимущество над союзниками. Поэтому самый простой вывод – Англия вполне могла проиграть Трафальгар, испанцы же и французы такого себе позволить не могли. У них не было запасных кораблей в рукаве, оттого – более осторожная тактика, избегание решительного боя и критичность любых потерь.По сути, уже первые же стычки в Наполеонику вселили в английские экипажи чувство глубокого превосходства, которое с каждой победой все укреплялось. Отсюда – полное презрение к противнику и поиски решительных тактических приемов, способных уничтожить флот Франции и Испании. А со стороны союзников – пассивность и консервативность. Результат – уже во времена Французской революции французы потеряли 54 линкора. А далее настал черед испанцев, которые до Трафальгара потеряли 12 линейных кораблей.Отдельный вопрос – 100-пушечники. В Трафальгаре англичане имели семь трехдечных кораблей (90- и 100-пушечники) против четырех у испанцев. Французы имели в бою только 80- и 74-пушечники.
![3](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700939339_3.jpg)
В том виде, в котором прошел Трафальгар, корабли первого и второго ранга оказались реальным преимуществом. Дело в том, что 74- и 100-пушечники в бою на дальней и средней дистанции вооружены примерно одинаково. Но все изменяется, когда бой становится ближним. Здесь мало того, что в сражение вступает артиллерия опердека, верхней палубы и надстроек, так еще и трехдечник стреляет по двухдечнику сверху вниз, по сути, сметая все живое на верхней палубе двухдечника. Собственно, так и произошло с теми же французскими Redoutable и Fougueux. Первый всего от двух залпов трехдечников потерял за пару минут 210 человек, второй – 60 человек убитыми и 75 раненными. 74-пушечный испанский San Agustín, попавший всего под один ближний залп 100-пушечника Britannia, сразу же потерял 110 человек.
Пушки
В 1779 году Роял неви выбрал для вооружения верхних палуб карронады – относительно легкие орудия, но большого калибра. Эти орудия имели малую дальность выстрела (в инструкциях Королевского флота максимальная эффективная дальность оценивалась 200 ярдов, а использовать их рекомендовалось на дальности 50 ярдов и меньше), и они заменили собой 4-, 6- и 8-фунтовые пушки, ранее стоявшие на верхних палубах.Французский и испанский флоты наблюдали за этими изменениями с некоторым скептицизмом, тем более что в обоих флотах на тот момент на щит была поднята концепция боя на дальней и средней дистанции, где карронады были бесполезны. Французы экспериментировали с гаубицами (obusier), которые оказались не очень удачными, склонными к разрывам, и больше опасными для своих кораблей, нежели для кораблей противника. Ну а попасть из такой гаубицы было нетривиальным делом – британская карронада вела стрельбу по горизонтальной траектории, тогда как французская obusier – по дугообразной.
![5](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700939509_5.jpg)
В Испании Франсиско Хавьер Ровира разработал так называемые obuses – гаубицы, стрелявшие гранатами и картечью. Они были приняты на вооружение Королевским Эдиктом от 24 ноября 1783 года. С 1798 года начали предприниматься попытки разработать новые гаубицы с лучшими параметрами и надежностью. В результате на 1803 год в испанском флоте были obuses калибром 48, 36, 30, 24, 18 и 12 фунтов. Так, вес 36-фунтовой гаубицы составлял 24 квинтала (1 квинтал – 46,03 кг, то есть 1 104,72 кг), тогда как вес 36-фунтовой пушки был уже 65,54 квинтала (3 016 кг). Грубо говоря, 36-фунтовая гаубица весила как 7-фунтовая длинная пушка.Насколько гаубицы были распространены на кораблях? При Трафальгаре, и это известно точно, на 12 испанских кораблях стояли obuses. Например, на 112-пушечном Principe de Asturias на верхней палубе были размещены четырнадцать 48-фунтовых и шесть 24-фунтовых гаубиц. На 80-пушечном Argonauta – двенадцать 30-фунтовых гаубиц. На 74-пушечном Montañés – десять 30-фунтовых и четыре 24-фунтовых гаубицы и т. д.Всего на испанских кораблях было размещено 161 орудие ближнего боя – четырнадцать 48-фунтовых, двадцать 36-фунтовых, семь 32-фунтовых, шестьдесят восемь 30-фунтовых и пятьдесят два 24-фунтовых, а также 8 карронад различных калибров, закупленных в свое время в Англии.Кроме того, испанские корабли, хотя это не включалось в вооружение, часто несли маленькие 4-фунтовки, pedreros, чаще всего закрепленные на вертлюгах.
![6](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700939651_6.jpg)
У французов гаубицы нес только Algeciras, четыре 32-фунтовки.Британские корабли при Трафальгаре несли как минимум по две 32-фунтовые и шесть 24- фунтовых карронад, кроме того, было еще небольшое количество 68-, 42- и 18-фунтовых карронад, а всего их количество составляло 232 единицы, то есть почти в два раза больше, чем у французов и испанцев.
Огонь в бою
Попутно попытаемся развеять один популярный миф. Из книги в книгу повторяется байка, что британские матросы имели темп стрельбы в три раза выше, чем их визави, и такой темп они поддерживали весь бой.Даже если предположить, что вместо матросов на британском корабле пушки обслуживали искусственные киборги с бесконечной мускульной выносливостью, то как минимум пушкам надо давать остыть после выстрела. Мало остыть – их нужно было еще и почистить перед следующим выстрелом. Пушки специально охлаждались уксусом, иначе орудие перегрелось бы и либо взорвалось, либо покорежилось и сделалось непригодным для использования. При плохо прочищенном орудии картуз с порохом, который банником вставляли в ствол, банально мог загореться и вспыхнуть, что обожгло бы канонира, а отдача покалечила бы расчет, который накатывает пушку.
![7](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700939947_3.jpg)
Однозначно, ритм стрельбы менялся, и к середине, а уж тем более к концу боя, он должен был стать гораздо более медленным. Ну или английские киборги не только обошли каким-то образом физическую усталость, но и законы физики и термодинамики.А вот что правда – так это то, что британский огонь оказался более действенным.Англичане атаковали с наветренного положения, французы и испанцы находились под ветром. При подветренном положении борт кораблей в сторону, откуда дует ветер, обращен вверх, то есть огонь испанцев и французов велся не по корпусу противника, а по рангоуту и такелажу. У англичан же борт был наклонен к воде, то есть огонь они вели по корпусам неприятельских кораблей. Кроме того, союзники начали огонь с дальней дистанции, находясь под берегом и под ветром – мелкая прибойная волна просто мешала им нормально прицелиться, поэтому на этапе сближения они не смогли нанести англичанам каких-нибудь значимых потерь и повреждений. Ну а далее бой перешел в свалку,
, где все решило преимущество в трехдечниках (мы с вами помним, что с верхней палубы 100-пушечника по 74-пушечнику можно бить сверху вниз, буквально расстреливая абордажные команды как в тире) и в карронадах. По сути, только испанские трехдечники оставались эдакими островками сопротивления, пока не получали критических повреждений или потерь.Примечательно, что тот же испанский 136-пушечный Santissima Trinidad продержался в бою гораздо дольше, чем французский 80-пушечный Bucentaure. Вообще, в сражении при Трафальгаре англичане смогли взять только два из четырех испанских стопушечника – это Santissima Trinidad и Santa Anna (экипаж последнего во время шторма 23 октября поднял мятеж, смог отбить корабль и даже отвести его в Кадис). Rayo, хоть и имел повреждения, смог уйти, ну а Principe de Asturias, который вел бой аж с десятью кораблями Коллингвуда, британцам взять так и не удалось.Французская же тактика в ближнем бою свелась к попыткам абордажей английских кораблей, которые захлебнулись в крови, поскольку английские карронады раз за разом просто выкашивали французские абордажные партии.
![8](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700940037_8.jpg)
Некоторые выводы
В Трафальгаре сошлись в бою два флота. Один из них готовился к ближнему бою уже 50 лет. Корабли его были построены для ближнего боя, так же, как и поставлено соответствующее вооружение. Его матросы и капитаны были готовы к такому типу боя.Второй флот, соединенный, проповедовал концепцию боя на дальней и средней дистанции, но был принужден вступить в ближний бой. Это во многом вызвало настоящий шок у моряков и капитанов. Вот как, например, описывал это корреспондент французской газеты Le Moniteur:
«влетевшее ядро и осколки дерева произвели настоящую резню среди расчёта одной из пушек, в результате оставшиеся в живых, охваченные ужасом и страхом, просто отбежали от своих орудий, захлопнув пушечные порты».
Вот как лейтенант Клемент с Tonnant описывает свои наблюдения:
![9](https://topwar.ru/uploads/posts/2023-11/1700940234_9.jpg)
«Когда мы развернулись бортом к испанскому кораблю [Monarca] и дали залп – испанцы просто захлопнули порты и не вели огонь по нам еще несколько минут после залпа».
Мичман Бэдкок с Neptune пишет об обстреле Santisima Trinidad:
«мы вели такой интенсивный огонь, что испанцы не могли подойти к пушкам и отвечать нам, в результате за четверть часа мы не получили даже выстрела в ответ».
Те же, кто все-таки стреляли по англичанам, чаще всего делали это плохо и неумело. Чего только стоит окрик разозленного Люка, капитана французского Redoutable, который предупредил главного канонира, что если вот сейчас артиллеристы не наладят стрельбу – он просто его повесит на виду у англичан.Грубо говоря, английский флот имел и корабли, и пушки, и команды для ближнего боя, а вот французы и испанцы – нет.